ИА REX (iarex) wrote,
ИА REX
iarex

Categories:

Трампу не дано ни развязать, ни разрубить корейский «узел»

Вокруг Корейского полуострова очередной переполох. Днем 2 марта с военного полигона в районе города Вонсан на восточном побережье вооруженные силы КНДР осуществили запуск двух «неопознанных снарядов» в сторону Японского моря. Проделав путь в 240 км и достигнув высоты около 35 км, они упали в воду, не долетев до 200-мильной зоны японских исключительных экономических интересов. Инцидент спровоцировал реакцию военных ведомств Сеула и Токио. Южнокорейский Объединенный комитет начальников штабов (ОКНШ) выпустил заявление о «внимательном отслеживании» возможных «дальнейших пусков», а японский министр обороны Таро Коно предположил, что речь идет о баллистических ракетах малой дальности. Отдельно подчеркивается, что это первый такой пуск в 2020 году; в последний раз это происходило 28 ноября прошлого года, и тогда, как сообщалось, испытывался «сверхкрупный калибр» реактивных систем залпового огня (РСЗО). А через несколько дней, 7 и 13 декабря, на полигоне Сохэ, по заявлению официального представителя Академии оборонных наук КНДР, прошли «очень важные испытания, результаты которых в ближайшем будущем сыграют большую роль в очередном изменении стратегического статуса КНДР».


Помнится, возмущаться тогда принялся сам глава вашингтонской администрации Дональд Трамп, который обвинил северокорейского лидера Ким Чен Ына в стремлении создать ему проблемы в предстоящей избирательной кампании. Размениваться на встречный импульсивный «обмен мнениями» Ким тогда не стал и дал Трампу развернутый ответ в самом конце декабря на пленуме ЦК Трудовой партии Кореи (ТПК). То есть придал этому ответу максимальный вес, облачив его в форму официальных партийно-государственных решений, зафиксированных в коммюнике этого высокого собрания. «КНДР продолжит энергично продвигать разработку стратегических вооружений для обеспечения национальной безопасности до тех пор, пока США не откажутся от своей враждебной политики по отношению к КНДР и не создадут долговечный и прочный механизм обеспечения мира на Корейском полуострове». И «развитие необходимых КНДР вооружений для обеспечения самозащиты от враждебных сил, нарушающих суверенитет и безопасность, и есть путь, по которому КНДР должна идти без колебаний». Ибо «наличие и продолжение укрепления непобедимой военной силы, на которую никто не может напасть, являются для ТПК неизменной целью оборонного строительства». Поэтому «мы хотим более энергично продвигать разработку стратегических вооружений, и мир скоро станет свидетелем того, как у КНДР появится новое стратегическое оружие».

О каком оружии идет речь, в открытых СМИ КНДР не сообщается, поэтому гадать на кофейной гуще мы не будем и оставим эту тему специалистам. В общих чертах только представляется, что совмещение тематики уложившихся в две с половиной недели ноябрьских и декабрьских испытаний с последующим вынесением этого вопроса на партийный пленум, что говорит о высокой степени готовности проекта, не является случайным. Имел ли к этой стратегии отношение вчерашний запуск? Вряд ли: если главным адресатом месседжа пленума стали США и лично Трамп, то нынешний имеет других адресатов и другие цели. Ничего особого не произошло, никаких «спецзаявлений», подобных декабрьским, не было. Обычные, рядовые пуски, осуществленные вроде бы по принципу «на то и щука в пруду, чтобы карась не дремал». Но косвенно они бьют не только по Южной Корее и Японии, но и по США, а кроме того, очень грамотно запускают «черного кота» между всеми этими тремя главными геополитическими оппонентами Пхеньяна. Обращает внимание выбранная дата — на следующий день после отмечаемого 1 марта в Южной Корее национального праздника — основания 101 год назад, в 1919 году, движения Самиль, поставившего целью борьбу за независимость Кореи от японского колониального владычества, под которым полуостров пребывал с 1910 года. Пользуясь случаем, южнокорейский президент Мун Чжэ Ин обратился к стране и соседям с призывом объединить усилия в борьбе против эпидемии коронавирусной пневмонии, поразившей юг Корейского полуострова, вслед за Китаем. «Ракетный» ответ Севера не означает отказа от взаимодействия, но ставит вопросы геополитики впереди гуманитарного контекста вспышки заболевания, которая в КНДР пока не перекинулась. С одной стороны, «политический вирус» взаимных обязательств Сеула с Вашингтоном и Токио препятствует такому взаимодействию. С другой, без южнокорейско-американского альянса провисает японский «фланг» дальневосточного треугольника, из которого США надеялись «выжать» проект «восточной НАТО». Отвечая Муну ракетами, Ким по сути ставит ему условием сближения ослабление, вплоть до прекращения, связей с США и Японией. И надо особо подчеркнуть, что тот же самый намек южнокорейский лидер в конце декабря получил и в Китае, который посещал в рамках участия в очередной встрече руководителей КНР, Южной Кореи и Японии в Чэнду (провинция Сычуань). Во время двусторонней встречи с Мун Чжэ Ином, Си Цзиньпин тогда обратил его внимание на совпадение позиций Пекина и Сеула в поддержке мира и стабильности на Корейском полуострове и необходимости решать имеющиеся спорные вопросы путем переговоров. И главное в этом заявлении, как видим — символическое вытеснение из этого урегулирования США, как страны, не имеющей отношения к данному вопросу.…

Читать далее: http://www.iarex.ru/news/73878.html?utm_source=smm-lj
Subscribe

Buy for 1 000 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments